Быстрый показ карточек не превращается в чтение
Картина знакомая: взрослый садится напротив годовалого или двухлетнего ребёнка и быстро перелистывает стопку — крупная надпись «КОТ», секунда, следующая, «ДОМ», секунда, дальше. Логика простая: показать много слов много раз, и слова осядут сами. Что-то при таком показе действительно оседает, только не то, чего ждут.
Малыш запоминает надпись как картинку целиком: длину строки, форму первой буквы, общее пятно на белом фоне. Он узнаёт «КОТ» примерно так же, как узнаёт логотип на банке с йогуртом или вывеску магазина у дома, — по внешнему виду, а не по составу. Внутрь слова он при этом не заглядывает вовсе.
Разница вылезает в первом же незнакомом слове. Чтение — это когда буква связана со звуком, звуки складываются в слог, а слоги в слово, и тогда прочитать можно что угодно, включая то, что видишь впервые. Узнавание картинок такой возможности не даёт: сколько карточек показали, столько слов ребёнок и «читает». Именно поэтому дети, которых долго учили запоминать слова целиком, всё равно потом идут обычным путём — через звук и слог, как мы разбирали в инструкции про чтение по слогам.
Метод быстрого показа обычно связывают с именем Домана, и спорить с ним целиком тут незачем: у родителя на руках уже есть коробка карточек, вопрос практический — что с ней делать. Ответ в том, что карточка полезна совсем на другом участке, чем чтение, и на этом участке она работает неплохо.
Карточка — это повод назвать предмет и потом проверить, узнаётся ли название. Проверка выглядит не как вопрос «что это?», а как просьба «покажи, где кот»: ребёнок выбирает из нескольких изображений то, которое вы назвали. Ровно на этом построена игра «Найди предмет» — слово звучит, малыш ищет картинку. Пока показ по названию не даётся уверенно, ждать, что ребёнок начнёт называть сам, рано: понимание всегда идёт впереди речи.
Чем карточка полезнее книжки и чем беднее
У карточки есть настоящее преимущество, и оно в пустоте вокруг изображения. Одна картинка, белое поле, больше не на что смотреть. Для ребёнка второго года это важно: на книжном развороте, где домик, дерево, три зверя и облако, взгляд гуляет, и когда вы говорите «зайка», непонятно, к чему это слово прилипло.
Второе преимущество — карточку можно взять в руки. Унести на кухню, положить рядом с настоящей ложкой, спрятать под подушку, дать бабушке. Книга остаётся книгой, а карточка становится вещью, и малыш обращается с ней как с вещью — что на этом возрасте единственный способ по-настоящему с чем-то познакомиться.
Дальше начинаются минусы. Карточка почти всегда даёт существительное в чистом виде: предмет, названный одним словом, без действия и без фразы. А речь у малыша растёт не на списке предметов, а на глаголах и связках: «упал», «дай», «мама пришла», «нет каши». Стопка из полусотни существительных этой части работы не делает совсем.
Второй минус — изображение всегда одно и то же. Яблоко на карточке красное, круглое, повёрнутое одним боком, и таким остаётся месяцами. Настоящее яблоко бывает зелёным, надкусанным, разрезанным на дольки, лежащим в пакете. Слово становится по-настоящему своим, когда ребёнок узнаёт его в разных вариантах, а для этого нужны разные экземпляры, а не один идеальный рисунок.
Отсюда простой практический вывод: карточка не заменяет ни книгу, ни настоящий предмет. Это третий, вспомогательный инструмент, и место у него в дне маленькое — несколько минут, а не основная форма занятий. Если карточки вытеснили чтение вслух и возню с реальными вещами, обмен получился невыгодный.
Как показывать: мало, медленно, с предметом в руках
Если сформулировать всё, что работает, то получится четыре правила, и все они идут против привычного «показать побольше и побыстрее». Ни одно из них не требует подготовки, зато каждое требует, чтобы взрослый притормозил.
Три-пять карточек за один раз, одна тема. Не двадцать, не «весь набор». Малыш удерживает за подход очень немного, и разница между пятью карточками и двадцатью не в том, что во втором случае он выучит больше, а в том, что во втором случае он не выучит ничего. Берите одну группу: только посуда, только транспорт, только животные со двора.
Остановка вместо мелькания. Показали карточку, назвали слово, замолчали и подождали — три, четыре, пять секунд. Эта пауза кажется взрослому неловкой, и её обычно заполняют новым словом. А ребёнку она и нужна: он в это время смотрит, соотносит и, если готов, повторяет. Слово без паузы после него проходит мимо.
Настоящий предмет рядом с картинкой. Карточка «ложка» и ложка из ящика, карточка «мяч» и мяч с пола. Дайте малышу положить одно рядом с другим, и связь между изображением и вещью соберётся сама — а именно эта связь, а не запоминание надписи, и есть то, ради чего карточки стоит доставать. Отлично для такой работы подходят карточки «Части тела»: настоящий «предмет» всегда с собой, показали картинку — потрогали у себя нос, ухо, локоть.
Короткая фраза вместо одинокого слова. Не «мяч», а «вот мяч», «мяч упал», «дай мяч», «где мяч?». Ребёнок услышит то же существительное, но получит вдобавок глагол, вопрос и порядок слов — то, из чего потом соберётся фраза. Разница в усилиях нулевая, разница в пользе большая.
И отдельно про повторение. Одни и те же пять карточек, которые вы достаёте всю неделю, дают больше, чем тридцать разных, показанных по одному разу. Новые вводите тогда, когда старые ребёнок уверенно находит по просьбе, а не по расписанию и не потому, что вам самим надоело.
Когда карточка начинает мешать
Карточки становятся вредными не сами по себе, а когда занимают чужое место. Ситуаций, в которых это происходит, всего несколько, и все они хорошо узнаются со стороны.
Первая: карточки заменили разговор. Бывает так, что пятнадцать минут занятия проходят насыщенно — а весь остальной день взрослый почти молчит, потому что «речью мы уже позанимались». Для малыша это плохой размен: речь строится из фонового потока обращённой к нему речи, из комментариев по ходу дел, из вопросов и ответов за столом, а не из ежедневного сеанса.
Вторая: карточка заменила предмет. Ребёнок бодро показывает апельсин на картинке, но не держал его в руках, не нюхал, не чистил вместе со взрослым. Такое знание остаётся плоским: оно годится, чтобы ответить на вопрос, и не годится больше ни для чего.
Третья: карточки превратились в экзамен. Взрослый раскладывает их и по кругу спрашивает «что это? а это? а это?». Малыш, который минуту назад с удовольствием смотрел картинки, начинает отворачиваться — и это не упрямство, а нормальная реакция на проверку, в которой он всё время в положении отвечающего.
Четвёртая: карточки стали мерой успеха. Родитель считает, сколько слов ребёнок «знает», и сравнивает с чужими детьми на площадке. Число само по себе не говорит почти ничего, а тревога, которую оно вызывает, обычно передаётся ребёнку в виде дополнительных занятий и вопросов.
Признак, что пора убирать карточки прямо сейчас, простой: малыш отталкивает стопку, уползает, начинает бросать листы. Не уговаривайте и не доводите до конца набор — короткое занятие, законченное на интересе, оставляет желание вернуться, а доведённое до слёз закрывает тему на месяц.
Что делать вместо гонки за числом слов
Считать слова в словаре малыша — занятие азартное и малополезное. Важно не сколько слов ребёнок знает, а как он ими пользуется: только ли повторяет за взрослым или сам зовёт, просит, отказывается, комментирует. Подробно об этом — в разборе про словарный запас дошкольника, но основное правило простое: слово, которое живёт в просьбе, стоит десяти слов, которые живут на карточке.
Первое, что стоит делать вместо расширения списка, — углубляться в знакомое. У слова, которое ребёнок уже знает, есть признаки, действия и части: мяч большой или маленький, он катится, прыгает, лежит под диваном, он синий с полоской. Так один знакомый предмет тянет за собой десяток новых слов, и все они опираются на то, что уже прочно.
Второе — специально добавлять то, чего в наборах карточек почти нет: слова-действия и слова-признаки. Начать проще всего с самой заметной пары противоположностей — большой и маленький; для этого есть игра «Большой и маленький», где нужно выбрать предмет нужного размера. Дальше подтягиваются другие пары: горячий и холодный, мокрый и сухой, полный и пустой.
Третье — не бояться звукоподражаний. «Би-би», «ав-ав», «топ-топ» — это не порча речи, а законные первые слова: они короткие, их легко произнести, и они уже полноценно обозначают предмет или действие. Подробно о том, как этот этап устроен и что делать, если ребёнок молчит, мы писали в статье про развитие речи в два-три года.
И четвёртое — держать в голове, что новые слова цепляются к делу, а не к столу. Готовка, стирка, сборы на прогулку, поход в магазин дают в час больше слов, чем любая стопка карточек, потому что там слово произносится в момент, когда ребёнок держит названную вещь в руках. То же самое, кстати, верно и для других признаков: цвета с малышом тоже разбираются на носках и крышках быстрее, чем на картинках.
Как закрепить в играх
Дома слова живут в делах, но дела случаются не каждый день, а короткие повторения нужны регулярно. Игра тут удобна тем, что не требует ни подготовки, ни раскладывания карточек по полу, а главное — сама задаёт вопрос вместо взрослого, и ребёнок перестаёт чувствовать проверку.
Ближе всего к теме «Найди предмет»: игра называет слово, малыш находит нужную картинку. Это то самое «покажи, где», с которого начинается любая работа с карточками, только показывать нужно не вам, а ребёнку. Для самых маленьких к ней хорошо добавляется «Чей голос?»: звучит мычание или мяуканье, надо выбрать животное — звук и картинка сходятся, а звукоподражание оказывается полезным, а не лишним.
Когда отдельные слова уже уверенно узнаются, полезны игры на связи между ними. В «Чей малыш?» нужно подобрать детёныша к взрослому животному — это уже не одиночная карточка, а пара, и ребёнок вместе со словами получает отношение между ними. А «Найди пару» заодно тренирует память: карточки переворачиваются, и найденную пару стоит вслух назвать — тогда игра работает ещё и на речь.
Игр про окружающий мир много в разделе «Мир вокруг», а подборка по возрасту — на странице игр для трёх лет. Для малыша младше трёх выбирайте самые простые и садитесь рядом: в этом возрасте игра всё ещё занятие вдвоём, а не самостоятельное.
Что распечатать
Самый практичный набор для этого возраста — карточки «Транспорт»: машина, автобус, самолёт, кораблик. Тема выигрышная тем, что всё это встречается на улице каждый день, и карточку можно вспомнить прямо у дороги — узнавание на настоящем автобусе стоит десяти повторений дома.
Карточки «Мой день» устроены иначе: на них не предметы, а обычные дела — умываемся, едим, гуляем, спим. Их вешают на видное место и проговаривают по ходу дня, и слово оказывается привязано к действию, а не к картинке. Это как раз тот случай, когда карточка не отбирает время у жизни, а встраивается в неё.
Когда отдельные слова пошли, добавьте «Группы предметов» — там картинки раскладываются по кучкам: посуда, одежда, игрушки. Это следующий шаг после называния: ребёнок начинает видеть, что у разных предметов бывает общее имя. А мемори для малышей из шести пар превращает карточки в игру, где взрослый не спрашивает, а играет наравне.
Остальные листы для этого возраста собраны в разделе «Для малышей»: там всё крупное, без мелких деталей и с коротким заданием. Если карточек в доме уже много, посмотрите ещё подборку игр с ними в статье про карточки с буквами и цифрами — большинство описанных там затей годится и для картинок.
Главное
Быстрый показ карточек со словами не даёт чтения: ребёнок запоминает надпись как картинку и остаётся с ровно тем набором слов, который ему показали. Чтение начинается позже и другим путём — через звук, букву и слог, и торопить этот момент карточками бессмысленно.
Зато карточка неплохо работает как повод назвать предмет и проверить, узнаётся ли название. Для этого её нужно показывать мало, медленно, с паузой после слова и по возможности вместе с настоящей вещью — а лучшая проверка звучит как «покажи, где», а не как «что это?».
И держите карточки на их месте. Как только они начинают заменять разговор, живой предмет или превращаются в счёт выученных слов, пользы от них не остаётся. Речь малыша растёт в обычных делах рядом со взрослым, который называет то, что происходит прямо сейчас, — а карточка лишь помогает удержать несколько слов между этими делами.
