Понимание всегда идёт впереди речи
Картина знакомая почти всем, кто занимается английским с ребёнком дольше полугода. Вы говорите «take your cup» — он берёт кружку. В мультике звучит знакомое слово — он оборачивается. На занятии показывает правильную карточку из шести. А на вопрос «What's your name?» молчит или отвечает по-русски.
Это не отставание и не признак того, что занятия идут впустую. Разрыв между «понимаю» и «говорю» есть в любом языке и на любом возрасте, включая взрослых: узнать знакомое слово в потоке проще, чем достать его из памяти самому и произнести. Тот же порядок был и в родном языке — ребёнок понимал десятки просьб задолго до первых слов, и никого это не тревожило.
Полезно сначала убедиться, что понимание действительно есть, а не держится на жестах и интонации. Проще всего это видно в игре «Слушай и выбирай»: слово звучит без подсказок, и нужно ткнуть в правильную картинку. Если ребёнок уверенно выбирает — запас накоплен, и работать надо не над словами, а над выходом. Если промахивается, требовать речи рано: сказать можно только то, что уже узнаётся мгновенно.
Практический вывод простой. Пассивный запас — это склад. Речь — дверь со склада наружу. Дверь не откроется от того, что на склад привезут ещё коробок, и почти все домашние занятия по инерции возят коробки: новые слова, новые темы, новые карточки. Дальше — про то, как открывать дверь.
Что мешает заговорить
Причин обычно три, и они складываются. Разбирать их по отдельности не получится, но понять, какая из них главная у вашего ребёнка, стоит: приёмы для них разные.
Страх сказать неправильно. Ребёнок семи-одиннадцати лет уже отлично понимает, что бывает «верно» и «неверно», и молчание — самая безопасная стратегия. Особенно если дома или на занятии речь регулярно поправляют по ходу. Один-два раза остановили на середине фразы — и в следующий раз проще промолчать. Про то, какие ошибки вообще стоит трогать и как переспросить вместо исправления, есть отдельный разбор — «Исправлять ли ошибки, когда ребёнок говорит по-английски». Здесь достаточно правила: пока речи нет совсем, поправок быть не должно вообще никаких.
Нет повода. Речь появляется там, где она что-то меняет. Дома английский обычно не меняет ничего: мама и так понимает по-русски, кружку дадут в любом случае, и произносить лишнее незачем. Это самая частая причина молчания у детей, которые исправно занимаются и всё знают. Им буквально не для чего говорить.
Привычка ждать перевода. Если каждая английская фраза дома или в тетради немедленно переводится на русский, ребёнок перестаёт достраивать смысл сам. Он слушает вполуха и ждёт русскую версию — и заодно теряет навык отвечать на языке, на котором спросили. Тот же эффект дают мультики с русскими субтитрами: глаза читают, уши отдыхают. Подробнее об этом — в статье «Мультики и песни на английском».
Вопросы, на которые нельзя ответить «да»
Самый быстрый сдвиг даёт смена типа вопроса. «Do you like apples?» ребёнок закрывает кивком, и разговор кончается, не начавшись. Такие вопросы удобны взрослому — на них легко получить хоть какую-то реакцию, — но речи они не производят.
Работают вопросы с выбором и вопросы со словом-вопросительным. Выбор — первая ступень: «Apple or banana?» Ответ короткий, из одного слова, но это слово нужно произнести, кивком не отделаешься. Ребёнок, который месяц молчал, на выборе обычно отвечает сразу — риска ошибиться почти нет, оба варианта только что прозвучали.
Вторая ступень — «what», «where», «who», «how many». Здесь ответ уже надо достать из памяти. Начинайте с тех, где ответ виден глазами: «What colour is your cup?», «How many spoons?», «Where is the cat?» Ребёнок не сочиняет, а называет то, что перед ним, и это сильно снижает нагрузку. Пять таких вопросов за ужин — уже полноценная тренировка, и никакого «садись заниматься» для неё не нужно.
Держите паузу после вопроса дольше, чем кажется нужным. Взрослый в среднем ждёт секунду-две и начинает подсказывать; ребёнку на поиск слова в чужом языке нужно втрое больше. Молчание в эти секунды — не провал, а работа. Если через десять секунд ответа нет, дайте выбор из двух вариантов вместо подсказки готового ответа.
Фразы-кубики: заготовки, из которых собирается ответ
Взрослый строит фразу из слов и правил. Ребёнок так не умеет и долго не будет уметь — ему нужны готовые куски, которые произносятся целиком, без разбора на части. Это и есть кубики: «I like…», «I have got…», «I can see…», «It is…», «I want…». К каждому подставляется одно знакомое слово — и получается настоящее высказывание.
Дайте ребёнку пять таких заготовок и держите их на виду — на холодильнике, на стене над столом. Не учите наизусть списком: просто в подходящий момент показывайте на нужную строчку. «I like pizza» на ужине, «I can see a bird» у окна. Через неделю-другую кубик отделяется от бумажки и начинает звучать сам.
Набор «Первые фразы: приветствие и знакомство» собран именно так: фразы с произношением плюс задания на разыгрывание, а не список для зубрёжки. Какие фразы брать первыми и в каком порядке — подробно разобрано в статье «Первые фразы на английском»; здесь важно другое — что кубик даёт ребёнку право открыть рот, не рискуя ошибиться.
Одно предостережение. Кубик работает, пока внутри него меняется слово. Если «I am seven» произносится только как единое заклинание и на вопрос про брата ребёнок повторяет ту же семёрку, конструкция не собралась — вернитесь к отдельным словам и меняйте подстановку каждый день.
Роли и повторяющиеся домашние ситуации
Второй способ создать повод — придумать положение, в котором по-русски говорить нельзя. Дети семи-одиннадцати лет отлично принимают такие условия, если это игра, а не требование.
Самое рабочее — магазин, кафе и доктор с игрушками. У продавца есть три товара, у покупателя есть фразы «I want…» и «How much?», и вне этих фраз сделка не состоится. Взрослый играет продавца строго по-английски и русского будто не понимает — не поправляя, а просто переспрашивая «Sorry?» и показывая на товар. Пять минут такой сцены дают больше сказанных фраз, чем полчаса занятия за столом.
Второй приём — закрепить за одной бытовой ситуацией одну и ту же короткую сцену. Например, каждое утро на кухне спрашивать «Tea or milk?», а вечером у полки — «Which book?» Одинаковость здесь плюс: ребёнок знает, что сейчас прозвучит, готовит ответ заранее и произносит его без паники. Через две недели ответ становится автоматическим, и можно менять вопрос.
Третий — обмен ролями. Ребёнок задаёт вопросы, взрослый отвечает. Это важнее, чем кажется: спрашивать сложнее, чем отвечать, и дети, которые умеют только отвечать, в живом разговоре быстро замолкают. Пусть спросит у вас «What's your favourite colour?» и получит ответ, который надо понять.
Если ребёнок в принципе тревожно относится к любым выступлениям — не только к английскому, — сначала стоит поработать с этим, а не с языком. Про это есть отдельный разговор в статье «Ребёнок не уверен в себе».
Почему первые фразы — про себя и своё
Есть заметная разница между «The boy has got a ball» из учебника и «I have got a cat». Первое — упражнение, второе — сообщение. Ребёнок произносит его охотнее, запоминает прочнее и, главное, может повторить кому угодно: бабушке, другу, самому себе перед зеркалом.
Поэтому первый круг тем — имя, возраст, семья, еда, которую любит, домашний питомец, любимый цвет, что умеет делать. Всё это про него и всегда под рукой, а значит, повод сказать возникает сам, без подстроенных ситуаций. Слова для этого круга берут из наборов «Английский: семья» и «Английский: еда и напитки».
Второй круг — то, что происходит прямо сейчас: бежит, прыгает, сидит, лежит на столе. Тут нужны глаголы движения и предлоги места, и по ним удобно спрашивать «Where is…?», глядя в комнату. Третий круг — рассказ о том, чего нет перед глазами: что было вчера, что будет завтра. До него доходят не сразу, и торопиться не нужно.
Сколько ждать и по каким признакам видно, что сдвинулось
Честный ответ: недели, а не дни. При ежедневных пяти-десяти минутах разговора первые ответы одним словом обычно появляются в первый месяц, короткие фразы из кубиков — ко второму-третьему. Если полгода занятий шли без единой попытки говорить, инерция молчания сама по себе занимает несколько недель.
Сдвиг видно раньше, чем польётся речь, и признаки эти легко пропустить, если ждать сразу предложений:
- ребёнок отвечает одним словом вместо кивка;
- повторяет за вами английскую фразу вслух, когда его никто не просил;
- подставляет своё слово в знакомый кубик — «I like» с новым продолжением;
- сам задаёт вопрос по-английски, пусть и с ошибкой в порядке слов;
- исправляет себя на ходу — начал по-русски и переключился.
Любой из этих признаков означает, что дверь приоткрылась и делать нужно ровно то же самое, только дольше. А вот чего делать не стоит — устраивать проверки «ну скажи бабушке по-английски». Выступление по требованию возвращает страх ошибки в полном объёме и откатывает прогресс на недели назад.
Если за два-три месяца регулярных попыток не появилось ни одного признака, дело обычно не в методе, а в объёме понятного материала: слов, узнаваемых мгновенно, слишком мало, и говорить попросту нечем. Тогда возвращаемся к набору запаса — как его набирать, разобрано в статье «Первые английские слова».
Как закрепить в играх
Речь опирается на слова, которые узнаются без паузы. Проверить и дотянуть их до этого уровня удобнее всего в «Слушай и выбирай»: слово звучит, картинку надо выбрать. Просите ребёнка повторять услышанное вслух перед выбором — так игра из тренажёра понимания превращается в тренажёр произнесения.
В «Слово и картинка» связь работает в обратную сторону: видно предмет, нужно опознать написанное слово. Здесь легко добавить речевой шаг — сказать не просто «cat», а целый кубик: «I can see a cat». «Собери английское слово» и «Английское мемори» расширяют запас, из которого потом собираются фразы, и хорошо идут в дни, когда разговаривать ребёнок не в настроении.
Все английские игры собраны в разделе «Английский язык».
Что распечатать
Основа для разговора — набор «Первые фразы: приветствие и знакомство»: фразы с произношением и сценки, которые разыгрывают вдвоём. Ответы про возраст и количество отработаны в наборе «Числа и счёт в диалоге» — там вопрос и ответ идут парой, а не списком чисел.
Для первого круга тем про себя нужны слова из наборов «Английский: семья» и «Английский: еда и напитки». Для разговора о том, что происходит прямо сейчас, — глаголы движения и предлоги места: с ними появляются вопросы «Where is…?» и ответы длиннее одного слова.
Отдельно пригодятся местоимения — без «I», «you», «he» и «she» кубик не собирается, а сами по себе эти слова в картинках не запоминаются.
Главное
Понимание раньше речи — это нормальный порядок, а не отставание. Молчание держится на трёх вещах: страхе ошибиться, отсутствии повода и привычке ждать перевода, — и все три снимаются не новыми словами, а изменением того, как вы разговариваете дома.
Задавайте вопросы, на которые нельзя ответить «да»; держите на виду пять фраз-заготовок; придумайте две-три повторяющиеся сценки, где по-русски не отвечают. Начинайте с того, что про него самого, и не поправляйте, пока речь не пошла. Первые ответы одним словом — это уже результат, а не полумера.
