Коротко. Can — «могу», «умею»: I can swim — я умею плавать, he can draw — он умеет рисовать, can you ride a bike? — ты умеешь кататься на велосипеде? Can одинаков для всех лиц, глагол после него стоит без to, отрицание — can’t (cannot).
Слово, у которого одна форма на всех
К третьему классу ребёнок уже успел намучиться с тем, что английский глагол меняется в зависимости от того, кто действует. Сначала am, is, are, где нужно помнить три формы и раздавать их по лицам. Потом настоящее время, где к he и she зачем-то приклеивается -s. Каждая фраза требует сначала посмотреть на подлежащее, а потом уже выбирать слово.
С can всё это выключается. I can, you can, he can, she can, it can, we can, they can — форма одна, и никакого -s к ней не добавляют никогда. Это стоит сказать вслух и с некоторым торжеством: наконец-то попалось слово, о котором не надо думать. Дети такое встречают с облегчением, и это облегчение полезно — на нём тема заходит быстрее любой другой.
Второе, что нужно понять сразу: can никогда не живёт в одиночку. Само по себе оно не значит ничего — ни действия, ни предмета. Это подставка, на которую ставится другой глагол: can swim, can read, can jump. Нет второго глагола — фразы нет. Поэтому запас глаголов здесь важнее самой грамматики.
Проверить этот запас проще всего на слух, а не по карточкам: в жизни can звучит в разговоре, а не лежит на бумаге. В игре «Слушай и выбирай» звучит английское слово, и нужно найти картинку — читать при этом не требуется. Пока swim, run, jump и read не узнаются с первого раза, ставить перед ними can рано: ребёнок будет собирать конструкцию из одного can и пустоты.
Три разных «can» в одном слове
В учебнике can обычно переводят как «уметь», и на первых уроках этого хватает. Но очень скоро в тексте попадается фраза, где «уметь» не подставляется, и ребёнок застревает. Полезно с самого начала показать, что значений три, и они видны прямо по смыслу предложения.
Первое — умение, то, чему научился. I can swim. My brother can ride a bike. She can count to twenty. Здесь «умею», и это то самое значение, которое дети схватывают мгновенно, потому что им есть чем похвастаться. С него и начинают.
Второе — возможность прямо сейчас, часто вообще без всякого умения. I can see a bird — «я вижу птицу», а не «я умею видеть». I can hear you. We can go now. Разница простая: умение никуда не девается, когда ты вышел из комнаты, а возможность зависит от обстоятельств. Хорошая проверка для ребёнка — спросить: «Ты этому учился или тебе просто сейчас видно?»
Третье — разрешение. Can I go out? Can I have some water? You can take my pen. Тут can переводится словом «можно», и по-русски это даже не глагол. Именно поэтому третье значение обычно застаёт врасплох: ребёнок ищет в предложении умение, а там просьба.
Разводить эти три значения по разным урокам не нужно, наоборот — их стоит показать рядом, в трёх соседних фразах, чтобы стало видно, что слово одно, а перевод разный. Английское can шире русского «умею», и чем раньше ребёнок это примет, тем меньше будет ступоров при чтении.
Откуда берётся «I can to swim»
Это самая частая ошибка темы, и она не от невнимательности. Ребёнок к этому моменту уже выучил несколько конструкций, где перед вторым глаголом стоит to: I want to play. I like to read. I need to go. Он честно вывел правило — «перед вторым глаголом ставится to» — и применил его к can. Логика безупречная, результат неверный.
Объяснять лучше не запретом, а через разницу. Want, like, need — обычные глаголы, они сами по себе что-то значат: хотеть, любить, нуждаться. Такие глаголы держат второй глагол на расстоянии, через to. Can — не обычный глагол, он ничего не значит без пары и стоит с ней вплотную. Между ними ничего не помещается.
Детям хорошо заходит образ сцепки. Want и to play — два вагона с прицепом между ними, прицеп и есть to. Can и swim — вагоны, сваренные намертво, вставить что-то между ними некуда. Один раз нарисовали на полях тетради — и картинка держится дольше, чем формулировка правила.
Работает и приём с наговариванием. Правильные пары произносятся слитно, как одно слово: cansWIM, canREAD, canJUMP. Ударение падает на глагол, само can проглатывается. Если ребёнок привыкнет говорить это одним куском, лишнее to просто не влезет — во рту не останется места. Ошибка чаще всего живёт в письме, а исправляется в речи.
Заодно сразу проговорите вторую половину правила: у глагола после can нет и окончания -s. He can swims — ошибка ровно из того же ряда, только пришла она из настоящего времени. Одна фраза покрывает оба случая: после can глагол стоит голым, без to и без хвостов.
Отрицание — одной строкой
Отрицание здесь устроено на удивление просто, и разбирать его отдельным уроком не стоит: can't (полная форма — cannot) значит «не умею», «не могу», «нельзя», и после него глагол всё так же голый — I can't swim, he can't come, you can't touch it.
Три круга тренировки: я, кот, робот
Правило объясняется за десять минут, а закрепляется разговором. Удобнее всего разбить его на три круга — они идут от простого к сложному и не надоедают, потому что в каждом меняется тема, а конструкция остаётся та же.
Первый круг — про себя. По очереди с ребёнком говорите, что умеете: I can swim. I can ride a bike. I can draw a cat. Взрослому здесь важно тоже играть, а не проверять: когда мама говорит «I can drive a car», а папа честно признаётся «I can't cook», конструкция перестаёт быть школьным заданием. Хватает пяти-шести фраз за подход.
Второй круг — про кота, собаку и вообще любое существо. A cat can jump. A cat can climb. A cat can't fly. A fish can swim but it can't walk. Здесь удобно тем, что животные ребёнку известны, а глаголы повторяются те же самые. Заодно всплывает третье лицо: he, she, it — и снова выясняется, что can не поменялось. Это стоит специально заметить вслух, чтобы подчеркнуть контраст с am, is, are, где форма меняется у каждого.
Третий круг — робот. Придумываете вместе робота и решаете, что он умеет и чего не умеет: My robot can cook. It can clean the room. It can't sleep. It can't laugh. Круг с роботом обычно самый длинный, потому что тут появляется выдумка, а глаголы приходится искать новые. Именно на нём становится видно, где запас слов кончился, — и понятно, какие глаголы учить дальше.
Четвёртый круг добавляют позже, когда три первых идут без запинки: разрешения. Can I have a cookie? Can I watch a cartoon? Можно на день ввести правило, что просьбы дома звучат только по-английски, — на пяти-шести фразах это ещё весело и хорошо укладывает третье значение.
Глаголы для всех кругов берутся из одного набора. Если он не собран, начните с восьми базовых — run, jump, swim, fly, climb, read, sing, sleep — их разбор есть в статье про английские глаголы движения. Готовый лист с картинками и словами — «Английский: глаголы движения»: его удобно держать перед глазами, пока идут круги, чтобы не останавливаться на каждом слове.
Где обычно ломается
Первое место — попытка перевести русское «могу» дословно во всех случаях. «Я могу завтра прийти» — это не про умение и не про сегодняшнюю возможность, а про будущее, и can там не годится. Пока ребёнок в младшей школе, достаточно договориться: can — про сейчас и про умение, про завтра будем говорить другими словами.
Второе — множественное число там, где его быть не может. Cans, canes и прочие изобретения появляются у детей, которые уже привыкли, что английские слова обрастают -s. Лечится повторением одного факта: can не меняется вообще никак, ни для кого.
Третье — конструкция без второго глагола. I can a bike, I can English. Это признак того, что нужный глагол просто не вспомнился, а фразу очень хотелось закончить. Не исправляйте грамматику — подскажите слово: ride, speak. Ошибка уйдёт вместе с пробелом в словаре.
Четвёртое — тишина в ответ на вопрос Can you swim? Ребёнок знает конструкцию, но не знает, что ответить коротко. Дайте две готовые заготовки — Yes, I can и No, I can't — и потренируйте их отдельно, десятком быстрых вопросов подряд. Без них разговор рассыпается на первой же реплике.
Как закрепить в играх
Экран здесь нужен не для грамматики, а для слов, которые в конструкцию подставляются: can держится ровно настолько, насколько быстро вспоминается глагол после него. Пять минут перед разговорными кругами работают лучше, чем полчаса после.
«Слушай и выбирай» тренирует узнавание слова на слух — то, что нужно для вопросов Can you…?, которые ребёнок именно слышит, а не читает. «Слово и картинка» закрепляет связь между словом и предметом, а «Собери английское слово» переводит слово в письмо — там же обычно и всплывает лишнее to, которое в речи уже не проскакивает.
Пяти-семи минут в день достаточно. Остальные игры собраны в разделе «Английский язык», а подборка по возрасту — на странице игр для детей 8 лет.
Что распечатать
Основной лист для темы — «Английский: глаголы движения». Это тот самый запас, который подставляется после can: пока он лежит на столе, круги идут без пауз на вспоминание.
Для круга про животных пригодится «Английский: дикие животные и зоопарк» — по каждой картинке легко составить пару фраз про то, что зверь умеет и чего не умеет. А «Английский: местоимения» помогает увидеть главное свойство темы наглядно: местоимение меняется, а can рядом с ним остаётся тем же самым.
Главное
Can — первое английское слово, которое не заставляет ребёнка оглядываться на подлежащее. Одна форма на все лица, никакого -s, а после него глагол стоит голым, без to. Три значения — умение, возможность и разрешение — лучше показать сразу рядом, иначе третье встретится в тексте и собьёт.
Закрепляется всё это не упражнениями, а разговором по кругам: сначала про себя, потом про кота, потом про выдуманного робота. Если круг буксует, дело почти всегда не в грамматике, а в глаголе, который не вспомнился, — и чинить нужно словарь, а не правило.
